Н.И. Колесников. Последний из первых (к политическому портрету Виктора Никифоровича Жигайло)

Публикуется по изданию: «Краеведческий бюллетень», № 2 за 1994 г.

24 октября 1989 г. в Южно-Сахалинске состоялся IV пленум Сахалинского обкома КПСС. Пленум избрал на пост первого секретаря обкома партии Виктора Никифоровича Жигайло. Так получилось, что именно этому человеку пришлось возглавить областную партийную организацию в самый сложный период ее истории.

 

СТРАНИЦЫ БИОГРАФИИ.

Новый «первый» родился в 1940 г. в селе Ново — Павловка Николаевской области (Украина). Украинец. После окончания средней школы в течение года работал в совхозе «Авангард» (Одесская область) рабочим— инструментальщиком. В 1958 — 1963 гг. учился в Одесском институте инженеров морского флота. По окончании института был направлен в распоряжение Сахалинского морского пароходства.

На Сахалине В.Н.Жигайло сначала работал диспетчером в Холмском морском порту, затем преподавателем в Холмском мореходном училище. Здесь молодой преподаватель вскоре становится секретарем комсомольской организации училища, а в 1965 г. избирается первым секретарем Холмского горкома ВЛКСМ. В 1966 г. В. Н. Жигайло вступил в КПСС. В 1967 г. он становится вторым секретарем Сахалинского обкома комсомола. В 1971 — 1973 г. учится в Высшей партийной школе при ЦК КПСС. В период учебы в ВПШ сдал восемь экзаменов кандидатского минимума (в том числе: по истории экономических учений, политической экономии, экономике и организации промышленного производства, философии, истории, английскому языку). После окончания ВПШ вернулся на Сахалин и работал инструктором орготдела Сахалинского обкома КПСС. В 1976 г. был направлен на работу в Углегорский район.

 

НА ЗЕМЛЕ УГЛЕГОРСКОЙ.

Одинадцать лет (из почти тридцати лет своего сахалинского трудового стажа) В. Н. Жигайло проработал в Углегорском районе. Здесь он приобрел большой опыт самостоятельной работы в советских и партийных органах: семь лет он был председателем Углегорского горисполкома,

четыре года — вторым, а затем первым секретарем Углегорского горкома КПСС. В те годы он выработал присущий ему и в  дальнейшем стиль работы. Сущность этого стиля (или «почерк»), можно кратко сформулировать так: «Работать для людей, работать с людьми». Сегодня эти слова многим могут показаться несколько странными, чрезмерно романтизированными и даже выспренними. Но за ними стояла реальная работа Виктора Никифоровича.

Каждую неделю председатель исполкома, а потом — партийный руководитель, посещал трудовые коллективы промышленных предприятий района. При этом он не ограничивался простым знакомством с положением дел в коллективах, а обязательно выступал перед ними. Выступления носили характер отчетов, бурно и остро обсуждались. Также часто В. Н. Жигайло выезжал в совхозы, на молочно — товарные фермы и тырловки. При этом он старался приехать туда перед началом утренней дойки (т. е. не позднее 6 часов утра). Благодаря этому он лично знал многих доярок и скотников в совхозах Углегорского района.

Каждый понедельник Виктор Никифорович проводил прием граждан. Встречался со всеми пришедшими на прием. А так как таковых каждый раз было по 50 — 60 человек, прием, начинаясь всегда в 2 часа дня затягивался до полуночи, а нередко и до 2 часов ночи. После этого В. Н. Жигайло обязательно давал поручения по реализации заявлений и просьб граждан, а наиболее трудные и неотложные вопросы решал сам. Кстати, Виктор Никифорович был единственным руководителем, который в своем районе лично посетил все многодетные семьи и каждой непременно чем-то помог. Такая практика работы давала руководителю Углегорского района моральное право строго требовать аналогичного отношения к людям от руководителей торговли, общепита, бытовых служб, здравоохранения, народного образования и других.

Один раз в квартал (строго по графику) в каждом без исключения населенном пункте района (их насчитывалось 26) проводился так называемый «День открытого письма». Эти мероприятия неизменно пользовались большой популярностью у населения. В обусловленный день проходило собрание или сход всех желающих жителей данного населенного пункта, независимо от их места работы. Люди собирались в самых больших помещениях, нередко одномоментно до 1000 человек. С ними и встречался В. Н. Жигайло, которого сопровождали руководители всех основных районных организаций и управлений. Они выступали с отчетами, а затем принимали к решению вопросы, которые поднимали присутствующие на собрании граждане. Многне из этих вопросов решались здесь же, на месте.

Именно постоянное общение с людьми позволяло В. Н.Жигайло быстро и грамотно, без бюрократической волокиты решать массу текущих вопросов. Одновременно с учетом мнении людей ставились задачи на будущее. Благодаря этому стилю работы углегорский период жизни В. Н.Жигайло был довольно результативным. В то время в центре экономических и социальных вопросов было решение транспортных проблем. Этого требовала растущая экономика района. Того же требовало и население. Первоочередной задачей стало расширение и поддержание в рабочем состоянии сети автомобильных дорог в районе. Для ее решения было создано три мощных строительных подразделения: мостостроительное, собственно дорожное и три асфальтобе­тонных завода. Началось строительство дорог с твердым бетонно — асфальтовым покрытием (всего за одиннадцать лет таких дорог было построено 32 километра: 20 километров в самом городе Углегорске и 12 километров за городом). Кроме того для укладки твердого покрытия был капитально подготовлен 90—километровый участок трассы Углегорск—Красногорск. В конце 70 — х — начале 80-х гг. было разработано технико— экономическое обоснование на строительство железной дороги Ильинск —Углегорск. Проектно — сметная документация была разработана Хабаровским проектным институтом проблем транспорта.

На 120 метров была увеличена взлетно-посадочная полоса Шахтерского аэропорта. Благодаря этому район получил возможность принимать самолеты более современных типов. Кроме того в аэропорту была построена новая гостиница. Была проделана большая работа и по техническому переоснащению Углегорского порта и всех трех портпунктов района. Уместно заметить, что руководители района решали транспортную проблему прежде всего за счет концентрации местных средств, выделенных предприятиями и организациями.

Одной из важнейших задач в деле дальнейшего экономического Развития района углегорские руководители считали разработку Солнцевского каменноугольного месторождения. Несмотря на большие трудности, были начаты работы по его строительству и вскоре добыча угля открытым способом была доведена до 200тыс. тонн в год. К сожалению в последующем эта работа практически не велась. Не ведется она и сейчас, поэтому добыча угля до сих вор осталась примерно на том же уровне (в то время как проектная мощность разреза составляет 2-3 млн. тонн).

Большие успехи были достигнуты в сельском хозяйстве района. Надои на одну фуражную корову в среднем по району выросли с 4,2 тыс. до 5,5 тыс. литров, а по совхозу «Краснопольский»

6 тыс., что соответствовало уровню, достигнутому в те же годы в Японии. Был построен еще один совхоз птицеводческого направления («Октябрьский»). Благодаря этому в районе резко выросло производство яйца (с 7 млн. до 42 млн. штук в год — т. е. в 6 раз). В совхозах «Краснопольский» и «Ударный» за счет комплексной механизации, лучшей организации труда и других мероприятий при осуществлении трудоемких работ в растениеводстве постепенно стали отказываться от ручного труда, вследствие чего резко уменьшилась зависимость и от шефству­ющих коллективов.
Исключительное внимание уделялось социальной сфере. Именно здесь руководством Углегорского района были достигнуты наиболее существенные результаты. В первой половине 80 — х гг. район был выведен на первое место в области по строительству жилья в перерасчете на душу населения. Ежегодно здесь строилось 32 — 36 тыс. кв. метров жилья или 0,75 — 0,8 кв. метров на человека. Сегодня эти объемы снижены почти в три раза, до 10— 12 тыс. кв. метров в год.
Были построены большие красивые школы в Шахтерске, Бошняково, Краснополье, других поселках и селах. Возвели также новые здания для городского профтехучилища N 16 в Углегорске, а также для Шахтерского ГПТУ и горного техникума. Большой объем строительных работ был выполнен и для учреждений здравоохранения. Не случайно, что к концу рассматриваемого периода уровень материально — технической базы здравоохранения Углегорского района был лучшим в области, а по количеству койко — мест на 1000 человек населения — одним из лучших в республике. Тогда же в районе были построены: большой стадион в Углегорске (в его сооружении В. Н. Жигайло принимал участие не только как руководитель, но и работал на многих субботниках и воскресниках), шесть спортзалов, дворец культуры и техники в Шахтерске, четыре дома культуры, несколько клубов.
В одной из бесед Виктор Никифорович говорил мне, что он гордится всем сделанным им во время работы в Углегорском районе. Но особую радость ему доставляет мысль о том, что ему удалось, преодолев большие трудности и сложности построить новые здания для музыкальных школ в Углегорске и Шахтерске.
 
В АППАРАТЕ САХАЛИНСКОГО ОБКОМА КПСС.
Результаты работы в Углегорском районе создали В. Н. Жигайло репутацию грамотного, трудолюбивого, порядочного и в высшей степени ответственного человека. Поэтому, когда в 1987 г. (еще в бытность первым секретарем П. И. Третьякова) встал вопрос о необходимости замещения должности заведующего промышленно — транспортным отделом обкома партии, ни у кого не было сомнения в кандидатуре Виктора Никифоровича, как не было затем сомнений и при перемещении его на пост заведующего такого ключевого отдела, каким в обкоме партии являлся отдел организационно —партийной и кадровой работы.

Работая заведующим последовательно этими двумя отделами, В.      Н. Жигайло и здесь проявил себя с самой положительной стороны и в декабре 1988 г. был избран секретарем обкома КПСС. Не прошло и года, как в октябре 1989 г. ЦК КПСС отзывает в свое распоряжение первого секретаря Сахалинского обкома КПСС В.
С. Бондарчука. При этом впервые в истории Сахалинской 1 областной организации КПСС Центральный комитет не предложил на пост «первого» конкретную кандидатуру. Единственное, что заявил от имени руководства партии присутствовавший на пленуме обкома заместитель заведующего отделом партийного строительства ЦК КПСС В. Н. Крихунов: « на данном этапе целесообразно…рекомендовать для выдвижения местного работника, хорошо проявившего себя на практической работе».
Перед пленумом повсеместно в городах и районах области прошли либо собрания партийного актива, либо расширенные заседания партийных комитетов, где сахалинские коммунисты впервые смогли обсудить вопрос о том, кого они хотят видеть во главе своей партийной организации. Всего на этих собраниях присутствовало более 1400 человек, свое мнение высказали 380 членов партии. В результате этого широкого обсуждения райкомы и горкомы КПСС внесли на рассмотрение пленума областного комитета партии 17 кандидатур. После обсуждения в списки для тайного голосования было внесено пять кандидатур: В. Н. Елизарьев, В. Н. Жигайло, И. П. Куропатко, Ю. М. Куц. В. М. Мельников.
Участники пленума высоко оценили достоинство каждого из  предложенных кандидатов. Вот что говорили о В. Н . Жигайло: он хорошо знает хозяйство… хорошо знает людей, знает областной актив», «человек большого кругозора, его все интересует…Нет спешки, непродуманности в делах». Отмечались его «высокая человеческая порядочность, уважение к людям, простота в общении, отсутствие напыщенности, доброжелательность, понимание людей». Вместе с тем в адрес кандидата высказывались и критические замечания: его обвиняли в излишней мягкости.
В первом туре голосования ни одна из предложенных кандидатур не получила необходимого количества голосов. Поэтому  состоялся  второй тур. В бюллетень для тайного голосования были включены две кандидатуры, набравшие относительное большинство: В. Н. Жигайло и И. П. Куропатко (получили соответственно 28 и 181 голосов). Во втором туре абсолютное большинство, 47 из 73, отдали свои голоса В. Н. Жигайло, который стал шестым, и, как потом оказалось, последним из череды первых секретарей Сахалинского обкома партии. 
Таким образом, В. Н. Жигайло стал единственным в истории сахалинской организации КПСС лидером, который прошел испытание выборами на альтернативной основе. А через 14 месяцев это испытание повторилось: 21 декабря 1990г. состоялась XXII областная отчетно-выборная партконференция. Теперь «первый» избирался непосредственно на конференции. Всего было выдвинуто пять кандидатур: В. Н. Жигайло, А. П. Аксенов  (председатель Сахалинского областного Совета народных депутатов), В. И. Белоносов (секретарь обкома КПСС), В. Н. Елизарьев (первый секретарь Южно — Сахалинского горкома КПСС), А.Г. Романов (первый секретарь Долинского горкома партии). B бюллетень для тайного голосования были внесены трое (конференция отвела кандидатуру А. П. Аксенова, А. Г. Романов] взял самоотвод). В результате голосования В. Н. Жигайло сохранил за собой пост первого секретаря Сахалинского обкома КПСС.
На следующий день, 22 декабря 1990 г., на I (организационном) пленуме обкома КПСС были избраны: вторым секретарем обкома  — А. Г. Романов, секретарями — В. И. Белоносов, В. Н. Елизарьев, С.К. Золотухин. С этой «командой» В. Н. Жигайло работал до конца своей деятельности на посту первого секретаря обкома (т. е. до сентября 1991 г.).
 
НА ПОСТУ «ПЕРВОГО».
Весь 1989 год, последний благоприятный год для Сахалинской области и сахалинцев В. Н. Жигайло работал с большим напряжением. Сначала в качестве секретаря обкома партии по промышленности (при это нагрузка на него резко возросла в связи с тем, чго первый  секретарь обкома В. С. Бондарчук массу времени потратил на проигранную им предвыборную кампанию и на частые поездки в Москву), а в конце года уже в качестве первого секретаря.
1989 год удалось завершить удачно по всем направлениям, в том числе в экономической и социально—культурных сферах. Экономика работала стабильно, при этом повсеместно был пусть и не очень большой, но рост практически всех показателей; без исключения ведущие отрасли промышленности, а также транспорт и связь дали плановый или близкий к плановому прирост. Продукция такого важного комплекса, как топливно — энергетический, возросла на 1,9%. Устойчиво работало сельское хозяйство: производство продукции агропромышленного  комплекса увеличилось на 10,1% . В промышленности наметилась тенденция роста производства предметов потребления.

Продолжала развиваться социальная сфера. В 1989 г. были введены в строй новые предприятия стройиндустрии, в т. ч. мощный домостроительный комбинат, известный тогда под названием КПД—120, дававший возможность резко нарастить объемы жилищного строительства в южной части области. Среднесписочная зарплата возросла за год на 4.6% и составила 412,4 рубля. Вклады населения в учреждениях Сберегательного банка на 1 января 1990 г. составили более одного миллиарда рублей. Численность населения области увеличилась на 4,6 тыс. человек, или на 6,4% за счет увеличения числа родившихся и притока населения с материка. Коэффициент рождаемости за год на 1000 человек населения составил 15,3 .

Намеченные обкомом КПСС и областным Советом планы на 1990 год предусматривали дальнейшее развитие всех отраслей народного хозяйства Сахалинской области. Особое внимание было уделено развитию топливно-энергетического комплекса. Дело в том, что вот уже несколько лет была видна тенденция к спаду общего объема добычи угля. План 1990 г. предусматривал быстрое техническое перевооружение шахт (особенно Горнозаводской и Углегорской), продолжение реконструкции шахт Южно — Сахалинской и Ударновской, быстрое развитие открытых разработок за счет наращивания мощностей Солнцевского разреза и т. п.
На 1990 г. намечалось и такое важное дело, как начало разработки северосахалинского шельфа для морской добычи нефти и газа. Причем в основном силами советской стороны с привлечением иностранных компаний. Начинавшаяся в тот период конверсия позволяла создать необходимое для освоения сахалинского шельфа в нашей стране (в основном на предприятиях оборонного комплекса  Комсомольска— на — Амуре и Северо—Двинска).
Разработкой и первыми шагами по реализации этих и многих  других программ руководил Сахалинский обком КПСС во главе с «первым». Так, решая важнейшую проблему освоения сахалинского шельфа В. Н. Жигайло был на приеме у генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева, председателя Совета Министров СССР А. Н. Рыжкова, практически у всех его заместителей. Все руководители СССР поддержали Сахалинскую область. На апрель 1990 планировалось совещание у А. Н. Рыжкова,  на котором должно было быть принято окончательное решение по Сахалинскому шельфу.
В марте 1990 г. III съезд народных депутатов СССР отменил  статью 6 Конституции СССР, закреплявшую руководящую роль КПСС в жизни страны. Таким образом процесс отстранения  КПСС от руководства обществом и государством был фактически завершен. Вся власть и ответственность за развитие народного  хозяйства, социально — культурной сферы, за повышение материального и духовного уровня людей перешла Советам. С точки зрения теоретической и агитационно — пропагандистской  (а вернее популистской) все выглядело просто великолепно: демократия, наконец, восторжествовала. На практике произошло следующее: фактическое отстранение коммунистической партии и ее аппарата сделало страну в целом, и нашу область в частности в значительной степени неуправляемой, поскольку в течение многих десятилетий именно аппарат КПСС был единственной реально функционирующей властной структурой в стране. В результате экономика (основа основ любого общества) с каждым месяцем становилась все менее управляемой.

Встал вопрос о жизни коммунистической партии в совершенно новых условиях. И партия с этой задачей справиться не сумела. Вместе с тем выборы народных депутатов РСФСР, проведенные в марте — апреле 1990 г., показали, что многие коммунисты (в том числе и партийные работники) пользовались авторитетом у избирателей. И не случайно все пять депутатов от Сахалинской области были членами КПСС. В их числе был и первый секретарь Сахалинского обкома КПСС В. Н. Жигайло, который выиграл эти выборы по 651 избирательному округу, хотя на место депутата было девять претендентов. Виктор Никифорович стал также депутатом Сахалинского областного Совета народных депутатов. Участвуя в предвыборной кампании, он выполнял задачу не просто стать депутатом, но и поднять престиж партийной областной организации КПСС, авторитет партийного руководителя, который заметно снизился. В числе причин этого падения авторитета партийного руководства была и крайне неудачная тактика ведения предвыборной работы и борьбы за место народного депутата СССР, избранная в предшествовавшем году тогдашним первым секретарем Сахалинского обкома партии В. С. Бондарчуком.

На тех выборах по Сахалинскому национально- территориальному округу одержал победу Валентин Петрович Федоров. Вскоре Сахалинский областной Совет выбирает его председателем облисполкома.

Обстановка в области между тем осложнялась. Но и теперь В. Н. Жигайло не терял присутствия духа, не опускал рук. Используя все свои немалые знания и опыт, совершенствуя стиль и методы работы, он стремился употребить все еще немалое влияние партии на то, чтобы удерживать хотя бы тот уровень экономического и социального состояния области, который был достигнут в предшествующий период.

В обкоме было свое видение проблем Сахалина и Курильских островов. Так, например, были внесены изменения в программу развития области, которая была разработана и утверждена еще в 1972 г. и обновлена в 1978 г. Дополнения вносились с учетом новых условий. В частности, с целью расширения сферы услуг и увеличения производства товаров народного потребления планировалось расширение сети кооперативов, в том числе кооперативов народных промыслов. Для наращивания объемов производимой сельскохозяйственной продукции и расширения ее ассортимента планировалось и осуществлялось более широкое вовлечение населения в эту работу через огородные и дачные кооперативы, подсобные хозяйства, индивидуальные личные хозяйства животноводов и т. п. Не случайно в 1990 г. только в личных хозяйствах населения содержалось 12,4 тыс. голов крупного рогатого скота, более 87 тыс. свиней, 1,3 тыс. овец и коз, 200 лошадей (14).

Кстати, все это (как и многое другое новое, реформаторское) инициировалось, планировалось и осуществлялось Сахалинским обкомом КПСС, а не В. П. Федоровым, как многие думали и думают сейчас.

Однако выполнять задуманное и намеченное становилось все сложнее, так как партийные организации все дальше уходили от непосредственного руководства хозяйственными делами, сокращали партийный аппарат с одновременной его реорганизацией. В августе 1990 г. В. Н. Жигайло доложил IX пленуму обкома, что «аппарат обкома КПСС, ранее уже подвергшийся сокращению, сократился еще с 66 до 32 ответработников и на 15 человек технических работников». Отраслевые отделы были упразднены. 26 июля 1990 г. бюро обкома партии вынуждено было принять решение о нецелесообразности дальнейшей подготовки к проведению III областной научно-практической конференции «Основные направления экономического и социального развития Сахалинской области в условиях самоуправления и самофинансирования на период д о 2005 года», хотя усилий и времени на это ранее было затрачено немало. Таким образом, если планы на 1961 — 1980 гг, выработанные на базе рекомендаций I научно-практической конференции (состоявшейся в 1962 г.) были успешно реализованы, то планы, сформированные на основе документов и материалов II конференции (1982 г.), были выполнены лишь частично, а Ш конференция, намечавшаяся на 1990 г., так и не была проведена.

Влияние обкома партии на положение дел в области ис кусственно снижалось. Этому в немалой степени способствовало принятое по рекомендации ЦК КПСС постановление бюро обкома партии от 24 января 1991 г» об упразднении номенклатуры должностей обкома КПСС. Сложившаяся и действовавшая многие девятилетия система выдвижения, выращивания, обучения и переподготовки кадров партийных, советских, комсомольских, профсоюзных и хозяйственных работников была подрублена под корень и разрушена. Таким образом, под очень привлекательным лозунгом передачи всей власти Советам была сокрушена власть КПСС, затем СССР, а через четыре года разгромлены сами Советы.

Под лозунгами разрушения старого к власти как в центре, так и на местах стали приходить люди, называвшие себя демократами. В их числе был и В. П. Федоров — личность неоднозначная и крайне противоречивая. Это был высокообразованный и эрудированный человек (доктор экономических наук, профессор, в дальнейшем член — корреспондент Российской академии наук, член Российской академии естественных наук). Но вместе с тем этот человек имел чрезмерное властолюбие, непреодолимое стремление постоянно быть на виду, на слуху в то время, как его претензии не подкреплялись конкретным опытом руководства и практикой работы по организации производства. Эти бьющие в глаза недостатки он умело камуфлировал выдвигаемыми экспромтом популистскими лозунгами, которые выдавались за хорошо продуманную программу. Однако из лозунгов программы не построишь. И не случайно, что программа В. П. Федорова (несмотря на многократные требования общественности) так и не была опубликована.
Как основу В. П. Федоров выдвинул идею развития Сахалина как зоны свободного предпринимательства, которая должна была перерасти в особую свободную экономическую зону. Широкую известность получил сформулированный им лозунг развития в области «Трех «Ф»: «Фирм, Ферм, Форм».
С приходом к руководству областью В. П. Федорова тревожные тенденции в экономике продолжали нарастать. Работа обкома КПСС становилась все менее результативной. В 1990—1991гг. В. Н. Жигайло постоянно предупреждал, что объективно деятельность Федорова сводилась лишь к разрушению старой структуры управления народным хозяйством области (справедливости ради надо сказать, что она действительно была неповоротлива, с большими бюрократическими недостатками), Рекомендовал ему заниматься, говоря словами В. И. Ленина, не «голым, зряшным отрицанием», а действительно реформировать, Реконструировать, реорганизовывать эту систему управления, используя имевшийся положительный опыт. Но большинство сахалинцев было в состоянии эйфории от прожектов В. П. Федорова, которую умело поддерживали как сам сахалинский губернатор (как он стал себя называть), так и многие центральные и местные средства массовой информации.
Поэтому областное руководство в лице облисполкома разрушать все и вся успевало, но процессы реального управления отраслями народного хозяйства и социальной сферой упустило. И  это не замедлило привести к весьма ощутимым результатам, но не положительным, как это прокламировал В. П. Федоров (и чего добивался реорганизованный обком КПСС), а к тяжелейшим негативным. Уже в 1990 г. был допущен резкий спад производства. Если за первые четыре года двенадцатой пятилетки (1986— 1989 гг.) среднегодовой прирост составлял 1,8%, то в 1990 г. объем производства снизился на 7,3%. Производительность труда в промышленности снизилась на 3%. Добыча нефти упала на 12%, производство круглых лесоматериалов — на 17%. От 3 до 29% составило падение производства пищевой рыбной и цельномолочной продукции, мяса из госсырья, рыбных консервов, жира пищевого, безалкогольных напитков, минеральной воды. В целом за год продукции производственно —технического назначения было выпущено на 9%, а предметов потребления — на 5% меньше. В совхозах озимых посеяно на 1,1 тыс. гектаров и вспахано зяби на 3,8 тыс. гектаров меньше плана. В большинстве районов области снижены объемы производства и закупок продуктов животноводства. Годовое задание по вводу жилых домов выполнено лишь на 82,1 %, всего введено лишь 269,2 тыс. кв. жилья.
Хотя среднемесячная денежная заработная плата рабочих и служащих в народном хозяйстве номинально продолжала расти и составила в 1990 г. 460 рублей, а вклады населения в учреждениях сберегательного банка увеличились на 57,2 миллиона рублей и составили на 1 января 1991 г. 1,2 миллиарда рублей, уже обозначилось впервые за послевоенный период пока еще не очень ощутимое снижение жизненного уровня жителей островной области.
Калорийность суточного рациона снизилась сразу на 125 килокалорий.
Видя разрушительные последствия своих теоретических постулатов, В. П. Федоров стал выдвигать (опять же в форме лозунгов) нечто противоположное тому, с чем он прибыл в область. Внезапно он стал сторонником госзаказа (фактически «усеченного» государственного плана), все больше стал говорить о защите государственных предприятий, опять же формулируя важные программные положения в виде афоризмов: «Руки прочь от государственных предприятий». Но было уже поздно: отрицательные тенденции набрали силу, рычаги влияния созданной и отработанной системы были упразднены, а каких-то новых усилий, должных действий со стороны администрации, адекватных ситуаций, не было, опыта ни прежнего, ни нового тоже не было.
В этих условиях обком КПСС искал возможности оказания помощи областной администрации, лично В. П. Федорову, хотя бы в смягчении последствий вызванных его деятельностью негативных явлений. Непосредственно в области обком пытался оказать необходимое влияние на коллективы через членов партии — руководителей предприятий, учреждений, организаций. На союзном и республиканском уровне В. Н. Жигайло также стремился помочь В. П. Федорову через свои многочисленные связи (в том числе и дружеские) с министрами, заместителями премьеров СССР и РСФСР, другими влиятельными .лицами, приглашал его с собою к ним на прием. Но правды ради надо сказать, что В. П. Федоров, сочетавший в себе высокомерие и амбициозность с абсолютной некомпетентностью в решении практических вопросов, не располагал к себе этих руководителей и они просили В. Н. Жигайло впредь приходить к ним без новоявленного губернатора. А академик Е. М. Примаков, влиятельнейший в тот момент советник М. С. Горбачева, в конце такой аудиенции в присутствии В, П. Федорова заявил Жигайло: «Первый, первый, ты не поддавайся Федорову, он вас всех заведет в болото». К великому сожалению не только В. Н. Жигайло, но и большинства сахалинцев и курильчан, это предсказание Евгения Максимовича сбылось.
В 1991 г. обком партии, несмотря на самоотверженную работу большой части актива и максимально сокращенного аппарата, все менее был в состоянии влиять на положение дел в области. Процессы, происходившие в целом в КПСС, ее ЦК, забюрократизированном и в значительной мере переродившемся аппарате, отрицательно влияли на все и вся. Поэтому В. Н. Жи гайло был в числе тех принципиально настроенных коммунистов, которые на апрельском 1991 года пленума ЦК КПСС выступали за немедленное освобождение президента СССР М. С. Горбачева от должности генерального секретаря ЦК, как потерявшего авторитет у партии и переставшего влиять на ее деятельность. Однако, как известно, такое решение принято не было и все закончилось после известных августовских событий развалом КПСС и прекращением ее деятельности. Одновременно была прекращена деятельность и Сахалинского областного комитета партии.
Августовские события 1991 г. освещались и освещаются широко и каждый автор может интерпретировать их по — своему. Истинную же оценку им история даст впоследствии. Я же основываюсь на рассказе первого секретаря Сахалинского обкома партии.

В те дни В. Н. Жигайло находился на Сахалине. Узнал о событиях 19 августа в конце рабочего дня. В первых же сообщениях он заметил недомолвки по вопросу о судьбе президента СССР и генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева, его отношении к происходящему. Это вызвало тревогу. Непонятна была и позиция ЦК КПСС и ЦК КП РСФСР, от которых за 3 дня августовских событий практически никакой информации обком не получил, за исключением двух телеграмм довольно общего содержания. Предложения, изложенные обкомом устно по телефону и телеграммой в ЦК КПСС и КП РСФСР, о необходимости срочного созыва пленумов, как коллегиальных органов, и выработки коллективного решения об отношении партии к этим событиям, не были реализованы.

Личная позиция В Н. Жигайло. как и большинства его коллег по обкому, заключалась также в том, что оценку августовским событиям должны дать Верховные Советы СССР и РСФСР. Они же должны были определить пути дальнейшего развития страны. Однако события развернулись очень круто, все происшедшее было оценено как попытка государственного переворота, якобы подготовленного и организованного ЦК КПСС (впоследствии данное обвинение не было поддержано Конституционным судом Российской Федерации). Быстротечность событий, безучастность ЦК, слабая информированность партийных комитетов на местах не позволило обкому партии дать первичным партийным организациям, рядовым коммунистам всю необходимую информацию. Это вызвало их огромную неудовлетворен ность.
В тех условиях у руководителей обкома партии не было другого выхода, как осудить деятельность ЦК КПСС и ЦК КП России, а самим заявить об уходе в отставку. Вопрос об отставке и решении кадровых проблем в связи с этим предполагалось рассмотреть на ближайшем пленуме обкома. Такое решение было принято 22 августа 1991 г. Однако в ночь на 23 августа, когда пленум уже готовился, стало известно о приостановке деятельности партийных комитетов в соответствии с указом президента РСФСР. В связи с этим указом, сделавшим невозможным проведение пленума, В.Н. Жигайло принял решение, о котором сообщил через средства массовой информации: « в отставку в этих условиях не ухожу и продолжаю осуществление функций 1 — го секретаря».
В субботу, 24 августа, во время заседания бюро обкома КПСС, в здание обкома вошла группа численностью до 15 человек, которые отрекомендовались как представители областного и городского Советов народных депутатов. Они предъявили требование прервать работу бюро и освободить помещение, принадлежащее партии. Виктор Никифорович внешне сумел сохранить присущую ему выдержку. Однако потрясение было огромным. Он и его товарищи были демонстративно унижены. И кем? Коллегами по работе в области. Ведь все они без исключения еще носили партбилеты и считались коммунистами. А теперь эти люди опечатывали помещения обкома КПСС, не разрешая своим вчерашним товарищам по партии взять не только какие-либо служебные документы, но даже личные вощи.
Только через несколько дней В. П. Жигайло получил разрешение использовать три комнатки в доме политического просвещения. Здесь проводилась работа по организации передачи партийного имущества специальной комиссии и трудоустройству разом оказавшимся без работы примерно четырехсот работников.
 
НА НОВОМ ЭТАПЕ.
Начался новый этап жизни В.Н. Жигайло, который был похож не столько на реальную действительность, сколько на кошмарный сон. Формально он оставался (как, кстати, остается до сих пор) первым секретарем Сахалинского обкома КПСС избранным  непосредственно XXII областной партийной конференцией. Ведь никто его от этой должности не освобождал, а заявление об отставке не только не рассматривалось очередной партконференцией, но даже и пленумом обкома ввиду запрещения его созыва. Фактически В. Н. Жигайло был просто силовыми методами отстранен от работы. Как горько шутили в те дни «демократия победила в полную силу».

Но будучи отстраненным, он все еще выполнял часть функций  первого секретаря, в частности, активно занимаясь трудоустройством сотен людей, в одночасье грубо и незаслуженно  выброшенных с работы. И здесь он испытал второе личное  потрясение. Оно было связано с тем, что попытки трудоустройства  бывших партийных работников часто наталкивались на боязнь со  стороны руководителей, на их перестраховку. Люди месяцами  были без работы, без зарплаты, страдали семьи, дети. И здесь Виктор Никифорович воочию убедился как далеко зашло моральное разложение многих областных сов— и хоз-бюрократов. Большая часть этих людей сами были выходцами из партаппарата. Однако быстро перекрасились, побросали, а то и пожгли партбилеты.

Но настойчивость и смелость самого В. Н. Жигайло, а также  безусловная высокая профессиональная подготовка этих  безработных, их образованность, большой опыт помогли за два—три месяца трудоустроить практически всех (за исключением  нескольких человек, включая самого В. Н. Жигайло, который был безработным дольше всех — 4 месяца). Он хотел уехать из Южно — Сахалинска в Холмск или Корсаков для работы в порту по первой специальности инженера по эксплуатации водного транспорта.  Но никто не захотел решать вопрос с квартирой, вообще как-то рисковать. Несмотря на сыпавшиеся на него отовсюду удары В. Н. Жигайло сохранил мужество, выдержку и порядочность. Он сосредоточился на депутатской деятельности в качестве народного депутата Российской Федерации и Сахалинского областного Совета. Он провел более 40 встреч с избирателями во всех районах своего избирательного округа, более 100 избирателей побывали у него на личном приеме. Как депутат немало работал в Москве, настойчиво решая вопросы разработки программы по Курилам, в целом по Сахалинской области, по шельфу, по субсидированию завоза грузов в северные районы Сахалина и на Курилы, особенно вопросы, связанные с льготами для лиц. проживающих в районах Крайнего Севера и районах, приравненных к ним. По нескольку раз побывал у Р. И. Хасбулатова, А. В. Руцкого, В. Ф. Шумейко, В. С. Черномырдина. Е. Т. Гайдара, Ю. М. Воронина. Многие поднятые В. Н. Жигайло вопросы нашли положительное решение. Выделение миллиардных кредитов на время стабилизировало работу сахалинских нефтяников.

В начале 1992 г. областной Совет народных депутатов и руководство области обратились к В. Н. Жигайло, как депутату облсовета, народному депутату России, состоявшему в комиссии Верховного Совета России по транспорту, связи и космосу, оказать на общественных началах содействие в разработке программы создания транспортно—инвестиционого предприятия, через которое можно было бы привлечь инвестиции других областей республики в развитие транспорта и связи нашей области. Учитывая свою специальность, он принял это предложение и в течение более полугода работал над этой программой и разработал ее. На базе этой программы была создана и в настоящее время функционирует организация «Сахалинтрансинвест», которая нацелена на разработку транспортных проблем при освоении шельфа. Уже сегодня данная организация имеет большие заказы на поставку автотранспортных средств, средств оборудования аэропортов и т. п. от будущих участников разработки сахалинского шельфа. В. Н. Жигайло является председателем этой организации на общественных началах. Основным местом его работы стала должность генерального директора акционерного общества «Сахалин—кузлитмаш», основным учредителем которого является АО «Кузлитмаш».

В. Н. Жигайло продолжал выполнять свои депутатские функции и в 1992—1993 гг. Он был одним из основателей и активным участником депутатской фракции съезда народных депутатов «Коммунисты России». Фракция пережила трудные моменты после августовских событий 1991 г., когда ее численность сократилась. Но Виктор Никифорович своей фракции не изменил. Фракция сумела разработать и на V съезде народных депутатов Российской Федерации представила программу выхода из экономического кризиса, которая была одобрена многими видными экономистами. Программа предусматривала переход к рынку. Но без резкого обвала экономики и обнищания трудящихся. Однако возобладала программа шоковой терапии Гайдара. К чему это привело сегодня — очевидно всем, и вновь сформированное Правительство В. С. Черномырдина, потеряв время и основательно развалив экономику, фактически возвращается к основным Положениям программы фракции «Коммунисты России».

Фракция «Коммунисты России» разработала также проект  Конституции, который, учитывая новые реалии развития России, защищал социальные завоевания народа. Не случайно отдельные Положения из этого проекта были взяты в президентский проект. Однако этого явно недостаточно. В. Н. Жигайло с большой уверенностью говорит о том, что придется еще раз обращаться к другим положениям проекта Конституции фракции коммунистов. В конечном итоге эта фракция не только не ослабела, а организационно окрепла, изменила тактику, за счет чего повысила свой авторитет и влияние, в том числе и на другие фракции и на принимаемые съездом решения. Это в немалой степени явилось причиной решения президента Ельцина о роспуске съезда и разгоне Верховного Совета Российской Федерации, которые были осуществлены в противовес Конституции, с грубым попранием прав избранных народом депутатов, да и просто прав человека, с применением жестоких, варварских средств. Таким образом, по мнению В. Н. Жигайло, в стране произошел настоящий государственный переворот.

В. Н. Жигайло принял участие и в работе последнего внеочередного X съезда народных депутатов России, который проходил в Москве с 22 по 30 сентября 1993 г. С 22 по 27 сентября В. Н. Жигайло находился в блокированном Белом доме. Выйдя оттуда в ночь с 26 на 27 сентября, он не смог вернуться обратно из-за ужесточения блокады. Попытка вновь пройти в Белый дом, или, хотя бы оградить его защитников от зверского избиения омоновцами закончилась тем, что он получил несколько жестоких ударов дубинками. Едва оправившись от нанесенных ударов,
В. Н. Жигайло вместе с другими депутатами, также оказавшимися вне стен Белого дома, продолжа выполнять свои обязанности. Всего в помещении Краснопресненского районного Совета собралось 138 депутатов. Оттуда они принимали участие в работе съезда (данные о регистрации данной группы депутатов передавались по факсу в Белый дом для соблюдения кворума, координации действий обеих частей съезда и принятия законных решений).
В.Н. Жигайло в течение всего периода после августа 1991 г. не прерывал связей с теми сахалинскими коммунистами, которые не пожелали стать перевертышами. С октября 1991 г. он оказывал всяческое содействие воссозданию по существу разгромленной областной партийной организации, он принимал участие в собраниях коммунистов, передавал им свой опыт, оказывал материальную поддержку. В. Н. Жигайло активно участвовал в воссоздании Коммунистической партии Российской Федерации, в том числе работая в оргкомитете по созыву партийного съезда и в качестве делегата II восстановительно—объединительного съезда Коммунистической партии Российской Федерации. В настоящее время он является активным членом обкома и членом бюро обкома Сахалинской областной организации коммунистов. Прошло три года с момента отстранения от руководства областью В. Н. Жигайло. Его уникальный опыт, знания, умения остались и остаются невостребованными. В. П. Федоров экспериментировал над народным хозяйством и социально—культурной сферой области, над ее тружениками долгих три года, из них два последних практически беспрепятственно. Хотя о нем еще в конце 1990 г. говорили, что «это человек с обратным билетом в кармане. Завтра «он скажет, что эксперимент не удался, и был таков, вернется в Москву. А кто все будет расхлебывать?». Последний год экспериментов, один страннее другого, ставят на нас новые лидеры областного и южно — сахалинского масштабов.
Каковы же результаты этих экспериментов?
Наша область за годы Федоровских экспериментов была отброшена в своем развитии на десятки лет, по ряду показателей — к первым послевоенным годам, когда советские люди только делали первые шаги по освоению и развитию Сахалина и Курильских островов.
Годичный послефедоровский период сохранил эти разрушительные тенденции. В 1993 г., как и в 1992 г., происходил обвальный спад промышленного и сельскохозяйственого производства, развал социальной и культурной сфер. Достаточно сказать, что в целом физический объем промышленной продукциив 1992 г. по сравнению с 1991 г. сократился на 27,8 %. В 1993 г. по сравнению с 1992 г. он снизился еще на 13,8 %. За эти годы серьезно подорвано сельское хозяйство, особенно животноводство. Разрушается социальная сфера: почти развалились создавшиеся десятками лет системы бытового обслуживания и общественного питания, резко снизилось строительство жилья. В 1992 г. жилья построено меньше чем в 1956 г. (188 тысяч кв. метров против 1^4,6 тыс. кв. метров), а в 1993 г. построено домов на 7% меньше, чем в 1992 г. Катастрофически упал жизненный уровень островитян. Это привело, впервые в послевоенной истории, к резкому снижению рождаемости при одновременном таком же резком возрастании смертности, что стало причиной начавшегося в 1992 г. и продолжившегося в 1993 г. уменьшения численности населения области. Ни малейших просветов ни по одному направлению не просматривается и в пересекшем уже свой «экватор» текущем, 1994 г, Возникает вопрос: а каковы обозримые перспективы и что же делать? На эти вопросы каждый из нас должен ответить сам…
© Н.И. Колесников. Публикуется по изданию: «Краеведческий бюллетень», № 2 за 1994 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.