Хроники деревни Голожопка. Заборобоязнь

 
В Голожопке случилось страшное!
Участковый вырвал из забора четыре доски и унес с собой. Владельцы забора возмутились, стали призывать к справедливости и искать правды у других владельцев других заборов.
– Демократия в опасности! – кричали владельцы забора. Но самые младшие из них уже на всякий случай готовились сотрудничать со следствием, ибо быть выпнутым за околицу не хотелось ни при каком раскладе.
– А нечего, понимаешь, писать на заборе про Механизатора, – рассуждали хлебопашцы. — Он мужик терпеливый, но терпению завсегда предел есть. Вона Кузнеца тож доводили, доводили.. Таперича половина городских боится за мясой приезжать. А плохо от этого не тока им… куда теперь мясу сдавать??
На некоторых заборах (подальше от взора Председателя и, упаси Небо, Механизатора) тут же появились надписи «Праизвол!» и «Нипазволим!». Однако они быстро поутихли, да и эти надписи на всякий случай затерли. Участковый свое дело знал туго.
Из Протокола: «В выломанных досках содержатся буквы и цифры. Определить принадлежность почерка не представляется возможным. Искомые материалы (письма, использованные бумажки из ватерклозетов) на досках не обнаружены. Имеющиеся фрагменты кала на заборе не соотносятся с искомым периодом».
Стыдливо умолчал о происшедшем Заядлый Писака на собственном заборе, хотя весь детсадовский возраст тусил именно у его забора и именно его забор считал Независимым Взором.
Умолчали и другие заборы, поразумнее. Стыдливо удалив пару дощечек, на которых писать разрешалось всем. На всякий случай. Визит участкового – это не только потеря досок в заборе. Но еще и самогонный аппарат в сарае, ружье без разрешения и прочие деревенские шалости.
Не сдержался лишь Самый Большой Забор. На котором писать можно было практически всем – но доски в нем выламывали сами Владельцы. Мы, мол, независимые – говорили они, выламывая очередную доску. – Нам, мол, такие ваши потуги не нужны. Не нравится – валите в другие заборчики. Для какашных надписей – какашные заборы.
Не так давно Самый Большой Забор был похвален Председателем и Счетоводом за высокий вклад в деле развития Деревенского Заборостроения и Забороиспользования – поэтому Владельцы считали себя вправе быть выше других заборов и оградок.
Это тебе не это – вещала Главная Большая Забориха (по слухам, то ли жена, то ли даже не жена какой-то правой руки Председателя и кушающая за его столом чаще, чем за собственным). Я, понимаешь, Член Ассоциации Заборов Единой России. Я, понимаешь, не могу уронить это высокое доверие. Я, понимаешь, все могу… Терпение мое на исходе. Не буду больше терпеть! Надоело бояться! Особенно чушь и ересь на других заборах! Доколе?? Доколе??
И только Главврач судорожно записывал все происходящее.
Очень он уважал такие истерии, не одну диссертацию на них защитил. Оттого, собственно, и в главврачи выбился.
А тут тебе весь расклад: и фрейдистские обиды Механизатора, и поведение «серой массы» на фоне Орла Нашего Дона Рэбы, и даже Мания Величия  в совокуплении с оскорблением личностей как словом, так и действием. Короче говоря, минимум докторская.
© Область на островах

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *