История угольной промышленности Сахалина – двадцатый век: после войны, расцвет, герои социалистического труда

Программа “Нешкольная история”.

В гостях Елена Орлова – научный сотрудник отдела истории, Сахалинский областной краеведческий музей.

Сегодня мы перенесемся примерно на сто лет назад, и расскажем о развитии угольной промышленности в двадцатом веке…

Е.:

В 1925 году российская сторона передала японской угольные шахты, старейшие угольные рудники – в концессию, сроком на сорок пять лет. Это Дуйские, Мгачинские, Агневские рудники.

Перед советским руководством встала задача – создание собственной угольной промышленности.

Одна за другой на севере Сахалина начинают открываться угольные шахты: Октябрьский рудник, Мгачинский, Арково и шахта «Макарьевка» – которые и создали в дальнейшем на севере Сахалина основу государственной угольной промышленности.

С 1931 года они вошли в образованный трест «Сахалинуголь».

С началом Великой Отечественной угольная отрасль «возросла» (ее значение – прим.) – потому что с началом войны был потерян Донбасс, который давал около 60 процентов всего угля. Стоит отметить, что уголь – был не просто видом топлива, из него делали чугун, сталь, он использовался на заводах, электростанциях, также паровым флотом.

Уголь – это был хлеб промышленности.

В 1941 году шахты добыли 644 тысячи тонн угля, после чего, увы, отрасль пошла (в связи с военными событиями) на спад. В первую очередь, это было связано с нехваткой морского тоннажа, который задействовали на перевозке грузов по ленд-лизу, также на отгрузку-погрузку влияли и погодные условия…

О.:

А добыча была завязана именно на погрузку-отгрузку? Первая мысль – началась война и рук рабочих не хватало. Это тоже было?..

Е.:

Был потерян Донбасс (давал 60 процентов угля) – роль угольной промышленности острова для народного хозяйства страны, конечно же, возросла.

Второй момент – нехватка кадров. Рабочих рук. Уже с конца 1941 года в ряды Красной Армии призываются сахалинские шахтеры, мужчины. На смену им приходят женщины.

Изначально они не работали под землей.

Для советских женщин, которые решили заняться угольной отраслью, примером стала первая женщина Александра Леонтьевна Леонова, с шахты Кузбасса. Именно после ее смелого шага, спуститься под землю, советские женщины, в т.ч. с Сахалина, стали спускаться  в лаву. В лаву, где ведется добыча угля.

К концу 1941 года количество женщин (шахтеров) начинает возрастать.

Одной из таких женщин на Сахалине – Наталья Кузьминична Хлебородова с шахты «Арково». Свою шахтерскую карьеру она начала на шахте «Октябрьская» вместе со своим мужем, но после  того, как его призвали в ряды Красной Армии, она перешла на шахту «Арково», где в составе бригады Валентины Казакович гремела на весь район своими успехами, перевыполняя производственные планы.

Рубили, добывали уголь – по колено в воде. Спецовки никакой не было – в годы войны это была большая роскошь.

О.:

Она работала непосредственно в забое. Кайлом.

Е.:

Да, она была проходчик.

В общих чертах – по результатам 1943 года на Сахалине двадцать восемь женщин стали стахановцами. Семьдесят три – стали ударниками труда.

Еще одним «торможением» в угольной промышленности стало недостаточное снабжение предприятий нужными запчастями…

О.:

Материалами.

Ресурсами для их работы…

Е.:

Поэтому очень часто оборудование и техника находились в аварийном состоянии. Также в неудовлетворительном состоянии находился железнодорожный транспорт, который осуществлял доставку угля к береговым складам.

Сахалинские горняки старались  бережнее относиться к оборудованию, проявляли изобретательность и сообразительность – чтобы как можно дольше продлить его работоспособность.

Война поставила угольную промышленность в очень тяжелое положение.

За годы войны тем не менее добыли около двух миллионов тонн угля.

В первые послевоенные годы одной из задач перед руководством стало восстановление шахт и доведение их добычи до уровня 1941 года.

О.:

Это на Северном Сахалине.

В 1945 году мы получили Южный Сахалин. Началось то самое великое переселение…

Е.:

С 1905 года на Карафуто была развернута активная переселенческая компания, началось освоение богатств острова, строили инфраструктуру и бумажные заводы.

Все это потребовало развития и шахт.

К 1941 году на юге Сахалина было 28 шахт. В этом же году они добыли 6,5 млн. тонн – самая высокая отметка, после чего начался спад.

В 1943 году законсервировали самый мощный угленосный район, Эсутору (нынешний Углегорск).

 Спустя год закрыли еще 18 шахт, ценное оборудование было демонтировано и вывезено в Японию.

О.:

Еще по теме статьи можно почитать:  Анива, Сахалинская область: город, который невозможно не любить

Это было связано с боевыми действиями предстоящими…

Япония была уже милитаризирована…

Е.:

Да, частично угольная промышленность на Карафуто начинает консервироваться.

О.:

Мы в 1945 году получили затопленные законсервированные шахты…

Что было дальше?

Е.:

Когда пришли советские войска из 36 шахт действовало всего восемь. Остальные затоплены, оборудование демонтировано…

Перед руководством встала задача их восстановления – шахт Южного Сахалина. Запасы угля на юге были велики…

О.:

Углегорский район и был и остается (и при Карафуто, и при СССР, и сейчас) – одним из самых крупных угленосных районов с разведанными месторождениями, готовыми к эксплуатации.

Отмечу для тех, кто искренне считает, что мы разрушали всё японское и тех, кто восторгается периодом Карафуто.

Мы получили шахты затопленные, не соответствующие требованиям безопасности, без персонала – и требующие больших капиталовложений.

Вот факт. В 1947 году Совет Министров СССР принимает решение оказать финансовую помощь комбинату «Сахалинуголь», в связи с тем, что угольная промышленность была не в состоянии «подняться» самостоятельно.

Поговорим про переселение?

Е.:

Квалифицированных кадров в послевоенные годы не хватало. На угольных предприятиях оставались работать японцы.

(звучит аудиоролик – воспоминания Гоголина Николая Архиповича, прибывшего на Сахалин в 1947 году; в дальнейшем руководителя ряда шахт острова – Тельновская, Углегорская, Ударновская)

О.:

Я прокомментирую ролик.

Прозвучало два важных момента.

Работник, будущий, прибыл на Сахалин, закончив горный техникум в г. Сучан (нынешний город Партизанск, Приморский край) и сразу стал на высокую должность, из-за нехватки рабочих рук.

Второй важный момент – в период переселения мы были вынуждены работать с японскими работниками, и когда они уехали, у нас появилась проблема нехватки кадров… (прим. – точнее, обострилась, т.к. вновь прибывающих переселенцев либо не хватало, либо они не обладали нужными навыками)

Это было очень и очень героическое время, говорю это без всякого пафоса.

Е.:

Советскому правительству одновременно с репатриацией японского населения удалось привлечь на остров немало советских граждан – с помощью льгот.

С 1947 по 1949 гг. на Сахалин, как раз во время репатриации японского населения, было привлечено на комбинат «Сахалинуголь» около тридцати восьми тысяч работников.

Главным стимулом была высокая заработная плата. В 1940 году уровень зарплаты был на острове около 600 рублей, к 1955 году уровень составлял около полутора тысяч рублей.

О:

Рост более, чем в два раза, при этом все равно тяжело оценить и понять, много это или мало…

Е.:

В сравнении с Хабаровским краем… там уровень заработной платы был тысяча рублей.

Плюс ряд льгот для переселенцев.

Всего в послевоенные годы привлекли более чем полмиллиона советских граждан.

Если вернуться к угольной промышленности… с 1949 года добыча начинает возрастать. Этому способствуют значительные капиталовложения, как мы уже упомянули.

В годы четвертой и пятой пятилеток было инвестировано около двух миллиардов рублей, что помогло восстановить часть шахт, провести реконструкцию и их техническое перевооружение. Вводились комбайны, погрузчики…

О.:

Комбайн – это машина, которая вместо человека работает, добывает уголь.

Е.:

Да.

Труд механизировали, автоматизировали…

О.:

Для понимания – каким был труд шахтера в послевоенное время.

Если кто-то смотрел советский фильм «Зеркало для героя» (аналог фильма «День Сурка» – только советский, классный, философский и глубокий)… Это единственый, пожалуй, фильм, где быт и условия труда шахтеров описаны очень хорошо. Очень хорошо показано, как все это было в шахте, как они работали, и как все это выглядело  на самом деле.

Показывали европейскую часть России, я понимаю, но думаю – незначительная разница будет…

…правдивый фильм.

Продолжим наш рассказ, плавно подходим к пятидесятым годам прошлого века…

Е.:

Да.

До 1953 года угольная промышленность велась подземным способом. С 1953 года впервые на Сахалине открывается угольный разрез, Лермонтовский. В его состав вошла шахта № 14, поселок Вахрушев, и предприятие стало именоваться «Лермонтовское шахтоуправление». Именно на нем добыча стала вестись открытым способом.

Добыча на этом разрезе обходилась комбинату «Сахалинуголь» в три раза дешевле, чем добыча под землей.

Сделаю ремарку, под землей находится каменный уголь. Который более лучшего качества, чем уголь, который добывается открытым способом, на разрезе (бурый).

О.:

Тем не менее, это уголь, который можно добывать и использовать потом и в промышленности, и на флоте.

Еще по теме статьи можно почитать:  Когда на Сахалине и Курилах были переименованы города и поселки с японского на русский

Е.:

Себестоимость угля, добываемого на шахте, все же была чрезмерно высока…

Во второй половине пятидесятых годов структура комбината «Сахалинуголь» (образовался в послевоенные годы, руководил всеми угольными предприятиями острова) меняется. Один за другим закрываются тресты (Макаров-уголь, Александровск-уголь и т.п.), все шахты непосредственно перешли в подчинение комбинату.

К 1965 году действовало пятнадцать шахт и одно шахтоуправление.

О.:

Добавлю, что  в 50-60 гг. мы добывали столько, что могли даже отправлять уголь на экспорт. Более 20 процентов шло в Японию, четверть добываемого угля вывозилось за пределы области.

К 70-м годам мы практически полностью себя обеспечивали углем.

Е.:

Сахалинский уголь хорошо себя  зарекомендовал. Он поступал в Магаданскую область, на Камчатку, в Хабаровский край, шел на экспорт в Японию.

Главным потребителем угля была Сахалинская область.

О.:

Конечно. Потому что были бумзаводы, которые требовали угля. А еще часть флот покупал.

Е.:

На потребление бумкомбинатов шло около шестидесяти процентов добываемого угля.

Часть шла, как уже сказали, на нужды морского флота СССР

О.:

Зачитаю строку из учебника истории области.

В отдельные годы даже наблюдались сложности со сбытом топлива.

Угольная промышленность Советского Союза (на тот момент) сильно превзошла угольную промышленность Российской империи, и если грубо сравнивать, то и промышленность периода Карафуто.

В 1979 году добыча составила почти 6 миллионов тонн. К сожалению, это уже был максимум, который нами был достигнут.

Е.:

Ни до и ни после советская промышленность не имела таких показателей…

Наметился спад.

Спад связан с быстрым выбытием мощностей шахт и разрезов, недостаточным использованием капиталовложений, износом оборудования…

О.:

Сделаю ремарку.

Не нужно забывать, что для любого оборудования тридцать лет – это срок. Если мы в 1949 году и позже делали капиталовложения, начали модернизацию, то к началу восьмидесятых годов, через тридцать лет, оборудование вполне могло устареть и морально, и физически.

Е.:

Из одиннадцати шахт, которые работали на Сахалине в конце восьмидесятых и начале девяностых годов реконструировано было только пять.

Все шахты острова были открыты в двадцатые и тридцатые годы двадцатого века, и к концу восьмидесятых они уже, конечно, значительно устарели. Требовали значительных вложений.

По оценкам восьмидесятых годов требовалось ежегодно вкладывать не менее 16 миллионов рублей. Деньги требовались не только на механизацию шахт и их реконструкцию, но также и сильно была изношена и «социальная» сфера. Около двадцати процентов жилья в шахтерских городах и поселках – это были ветхие дома.

Не хватало мест в школах, детсадах.

Также к концу рассматриваемого периода (восьмидесятые годы) в топливно-энергетическом балансе перевес начинает уходить в сторону добычи нефти и газа. Угольная промышленность отходит на третье место.

О.:

Продолжим наш разговор, пришла пора поговорить о героях соцтруда

Е.:

Да… помимо печальной нотки, которая предстояла угольной промышленности в девяностые…

О.:

А я могу позитивную сказать. Хотите?

В 1979 мы добыли почти 6 млн. тонн, больше, чем когда-то в Карафуто. А в 2019 году уже в Новой России мы добыли 12,9 млн. тонн, это больше, чем в два раза.

Я понимаю, что это добыча уже открытым способом. Но во-первых, это все таки безопасней, это уголь, и у нас перспективы угольной промышленности очень велики.

Я предполагаю, что к углю мы еще обязательно вернемся.

Цифры о чем говорят? Разведанные запасы (которые можно добывать уже сейчас) составляют 2 миллиарда тонн. На сто  лет уже хватает, больше, чем нефти… А прогнозные ресурсы (то, во что еще вкладывать в разведку и эксплуатацию) составляют 14 млрд тонн. Даже если это будет 7 миллиардов (вместо четырнадцати), то мы лет на триста вполне себя углем можем обеспечить.

И вопрос только в том, что мы этот уголь должны правильно применять. Понятно, что уголь не такой экологичный, как газ, но может пора искать новые технологии, методы использования угля…

Е.:

Согласна, сделаю ремарочку.

Несмотря на реструктуризацию, есть и минусы и плюсы… вот по поводу того, что в 2019 году был побит рекорд советский…

О.:

Он побит раньше!

Я просто цифру привел от девятнадцатого года!

Е.:

Да, побит в 2016 году!

И область после 1979 года, когда внутренние потребности области выросли до 5,5 млн. тонн, а область давала 4,7 млн. тонн – стала нуждаться в привозном угле.

Еще по теме статьи можно почитать:  1991 год. Советский Союз. Сахалин и Курилы в последний год существования СССР…

До 2008 года в область поставлялся уголь из других регионов.

О.:

Перейдем к теме все же о соцсоревновании.

Я долго думал, и понимаю вот, что в нынешнее время такие аналоги есть, но какие-то немножко другие.

Е.:

Я и не задумывалась, и не находила этой информации.

В советское время это было очень распространено, вели социалистическое соревнование между бригадами, предприятиями…

Подходя ближе к героям соцтруда отмечу – в фондах СОКМ хранится большое количество предметов касаемо угольной отрасли. Хранятся более тысячи предметов. Особый интерес – личные коллекции героев соцтруда.

О.:

А меня еще каска поразила. Я был на днях на выставке «Созидатели», и там была такая красивая каска, похожая на знаменитую кепку-аэродром, черная. Я такие раньше не встречал, я встречал только более классической формы.

Продолжая разговор, расскажу про соцсоревнование. Это когда люди соревнуются в своем труде, достигают высоких показателей, ставят рекорды и …приносят пользу стране. Дают стране угля – и я это тоже говорю без пафоса, добыча угля это было очень и очень важно.

После войны (после потери мощностей Донбасса – требовали восстановления) мы приобрели на Сахалине немало шахт, которые добывали значительно угля; потом в дальнейшем мы долго сами себя обеспечивали собственным углем, и даже была проблема сбыта.

Е.:

В Сахалинской  области были свои герои соцтруда, которые били рекорды, между своими предприятиями, предприятиями области и гремели успехами даже на весь Союз.

Одной из таких бригад была бригада, которой руководил Аркадий Яковлевич Шалдыбин, шахта «Ударновская», Углегорский район. В фондах СОКМ хранится четыре его коллекции, в основном награды, грамоты и фотографии, переданные лично им.

Его бригада прославилась тем, что <когда> в 1965 году между бригадами шахтеров Сахалина развернулось соревнование по методу скоростной проходки добычи угля, она, используя проходческий комбайн ПК-3М за март-апрель они прошли 1273 погонных метра (выработки по углю). Тем самым был установлен всесоюзный рекорд, побив ранее установленный рекорд бригады Хмелева с Кузбассугля.

Бригада Шалдыбина на этом не остановилась, и в том же году, в июле-августе они прошли 1601 погонный метр, установив второй всесоюзный рекорд.

За выдающиеся успехи в деле добычи угля и за эффективное использование горной техники Аркадию Яковлевичу Шалдыбину присвоили звание Героя социалистического труда, а двенадцати проходчикам его бригады были вручены правительственные награды.

Также Аркадий Яковлевич является полным кавалером шахтерской славы.

О.:

Только что на видео вот были медали – «Шахтерская слава», три степени.

Е.:

Самой высшей является первая. Учреждена в 1956 году, министром угольной промышленности Александром Федоровичем Засядько.

Во время шахтерских праздников (и не только) по главным улицам шахтерских городов и поселков полные кавалеры шли в первых рядах.

О.:

Что нужно, чтобы все три степени получить?

Е.:

Третья – нужно было отработать на подземной добыче или на разрезе около десяти лет, вторую – около пятнадцати, третью – около двадцати. При непрерывном стаже работы.

Ну и за выдающиеся успехи!

Еще одной славной личностью является Николай Александрович Сердинов. Он принимал участие в Великой Отечественной, после окончания боевых действий, приехал на Сахалин, работал на шахте поселка Лопатино № 5-6, но после ее закрытия вместе с бригадой был переведен на шахту Углегорская.

В 1974 году из одного забоя его бригадой было добыто около 32 000 тонн.

Он был награжден медалями шахтерской славы всех трех степеней; был заслуженным шахтером РСФСР.

В фондах нашего музея хранятся три его коллекции, в основном это шахтерские награды, шахтерский костюм.

Еще можно назвать Виктора Соловьева с шахты «Долинская». Он принимал участие в освобождении южного Сахалина, после демобилизации также решил остаться на Сахалине. К сожалению, его коллекций в фондах музея нет, есть только одна фотография. Виктор Фатеевич также за многолетнюю работу, выдающиеся успехи и выполнение семилетнего плана был удостоен звание Героя социалистического труда и награжден правительственными наградами.

О.:

Хочу от себя добавить, что в 2022 году будет 300 лет с даты образования угольной промышленности России, 170 лет с открытия залежей угля на Сахалине, в Дуэ, и 75 лет с даты образования праздника День Шахтера.

На этой ноте мы и закончим нашу программу.

Всем всего доброго!